Ещё одно интервью, взятое Сашей для блога catchingupmyself, но увидевшее свет здесь.
По сути интервью менее о музыке, а более о внутреннем мире и убеждениях бывшего вокалиста бельгийской группы Am I Dead Yet!.
Довольно интересно, почитайте.
catchingupmyself:Спасибо, что согласился на интервью.
Для начала расскажи, чем ты занимаешься, когда начал играть?
Rik Peeters:Меня зовут Рик. Сейчас я работаю учителем в школе для умственно отсталых, аутистов и проблемных детей. Это уже шестой год моей работы в этой школе. Что касается музыки, я начал петь в своей первой группе Wasted Land в 1997-ом после того, как попал в среду скейтеров и стрейтейджеров. Но наиболее активной моя деятельность стала к 2002-му (Mashnote Records, дистро, Интернет-журнал). Самыми значительными проектами для меня, безусловно, стали Am I Dead Yet!, в частности европейский тур, создание с друзьями лейбла Mashnote Records и моя нынешняя группа Millions of Them.
catchingupmyself:Расскажи поподробнее о своих группах (Am I Dead Yet!, Arse Moreira, Millions of Them). Как вы собрались? Откуда пошло название? И, возможно, немного информации об участниках.
Rik Peeters:Am I Dead Yet! был недолговечным проектом, мы играли, по сути, всего 1 год (лето 2005 – лето 2006). Но это было прекрасное время, т.к. мы стали частью сцены, где наступило золотое время для React With Protest/Cry Me a River. Мы познакомились с огромным количеством интересных людей, с которыми до сих пор поддерживаем отношения. Мы старались играть в радикальной DIY-атмосфере и работать как можно больше. Название для группы придумал наш друг из группы SL-27, звучало оно отлично. Сейчас все участники, кроме меня, осели, обзавелись семьями.
Как наверняка известно, Arse Moreira были мексиканской командой, и я вокалил только в одной песне (на сборнике Emo Apocalypse compilation). Так что, я, по сути, не был частью этой группы.
Millions Of Them собрались в 2008, а не так давно мы выпустили 12” на Adagio830 Records. Я не был знаком ни с кем их участников, кроме Кевина, гитариста, который играл в Reply, лучшей группе, когда-либо существовавшей в Бельгии. Название нашей команды несет достаточно агрессивный, человеконенавистнический характер, т.к. нам противны около 95% людей, окружающих нас. Мы до сих пор чересчур озлобленно смотрим на мир и не можем справиться с разочарованиями и болью, сохранившейся еще с подросткового возраста. Мы любим жизнь, но презираем социум, т.е. именно те 2 вещи, которые трудно разделимы. У меня есть еще команды: метал-группа Plague Town и сладж-группа, которая только собралась, поэтому название мы еще не придумали.
Millions of Them играют абсолютно другую музыку, в отличие от Am I Dead Yet! На сетах мы играем как злые и обезумевшие животные и умудряемся в 20 минут впихнуть все наболевшее. Когда Роберт (Adagio830) сказал, что хочет издать нашу 12”, я был безумно счастлив! Уже во второй раз один из моих любимых европейских лейблов издает мою пластинку. Серьезно, я просто счастливчик!
catchingupmyself:Несмотря на разницу в культуре, языке, обычаях, есть то, что нас объединяет, – музыка. Какие идеи DIY близки лично тебе? Множество групп распалось, время изменилось, ни о чем не жалеешь? Как ты относишься к словам Louise Cyphre «Our punkrock your friendship» и к идеям Ampere об эскапизме и проблемах DIY-культуры?
Rik Peeters:Начнем с того, что я ни о чем не жалею, и, честно говоря, не музыка объединяет нас. Человека определяет его мировоззрение, образ мышления, и от этого уже исходят предпочтения в музыке. Музыка – это средство, способ отобразить то мировосприятие, которого мы придерживаемся, но, в конце концов, выходит, что это ВСЕГО ЛИШЬ музыка. Значение имеет твое мировоззрение и взгляд на жизнь. Да, здесь есть место и эскапизму, но, честно говоря, я плохо знаком с текстами Ampere. Мысли об эскапизме часто посещают меня. Каждое утро я просыпаюсь в надежде найти способ спрятаться от общества в течение дня, в любой момент. 24/7. Хотя, должен признаться, с этой точки зрения моя жизнь более чем прекрасна. Мне кажется, что если это самое большое, чего я смогу достигнуть за всю жизнь, тогда я доволен. Но в то же время я знаю, что мне хочется большего (хотя, на самом деле, это «меньшее», но не в том суть). Тем не менее, окружение часто огорчает меня. Мне все равно, если они забросят музыку. Но мне будет чертовски обидно, если они отрекутся от своей истинной ментальности, застрянут в жизненном круговороте «работа-еда-сон-друзья» и променяют осознание каждого момента жизни, полного остроты и приключений, на скуку безопасного бытия, основанного на традиционных отношениях между мужчиной и женщиной, семейной иерархии и трудовых обязательствах.
catchingupmyself:Что ты думаешь о России и русских? Может, придерживаешься каких-то стереотипов? Случаешь какие-нибудь русские группы?
Rik Peeters:Как бы поверхностно я ни был осведомлен о жизни в России, ваша страна представляется мне государством, где все держится на коррупции, огромном социальном неравенстве и шапках-ушанках. А, нет, еще мне вспоминается Арнольд Швардцнеггер, который выбивает все дерьмо из больших дяденек в сауне! И наци-блондиночка по имени Ильза. Хотя для меня Россия - это огромное количество серых депрессивных городов, где куча нищих и обездоленных пьянчуг (как в «Декалоге» Кеслевского), с одной стороны, и красивейшее место, которое напоминает мне об одном из моих любимейших фильмов - Дерсу Узала, с другой. Я слушаю некоторые русские дэт-метал группы в роде Abominable Putridity и Monumental Torment.
catchingupmyself:Что самое важное для тебя при написании текстов? И на чем строились тексты Am I Dead Yet! (с цитатами, если можно)?Rik Peeters:Тексты Am I Dead Yet! складывались в результате эмоциональных терзаний, подросткового страха быть подверженным критике со стороны различных социальных институтов, таких как церковь и различные политические организации. Каждая группа, к которой я имею непосредственное отношение, служит для меня способом высвободить эмоции. Мне жизненно необходимо как-то выпускать скопившуюся энергию. Я очень вспыльчив во время концертов и мало беспокоюсь о том, что обо мне думают окружающие. Только так я смогу сохранять здравый ум и стабильность. Необходимости выражать свое критическое отношение обычно не возникает. Как вы думаете, если я пишу, например, о сексизме, то будут ли гитарист или барабанщик рвать на себе волосы и сходить с ума на сцене во время сета, потому что они в тот момент думают сексизме? Конечно, нет! Они сходят с ума, потому что в них бушует огромное количество негативной энергии, и они пытаются скреативить, освобождая ее.
catchingupmyself:А как насчет французов Celeste? Cerebrus с текстами о смерти, изнасилованиях, человеческих пороках и жестокости? Или японских Killie? Думаешь, такая музыка необходима? Или у тебя есть другие примеры подобных текстов, любимые группы?
Rik Peeters:У Chokehold в LP есть строчка: “The only music that's a pulse, is music that's a threat”. Возьмем, к примеру, ранних джазовых или блюзовых музыкантов. Узнав об их жизни, мы поймем, что есть причина, по которой эта приятная, льющаяся музыка так нас трогает. Ведь многие из них пережили тяжелую жизнь, полную страданий. Или послушайте записи Кертиса Мэйфилда, прочтите его стихи. Согласитесь, что эта музыка не была бы так привлекательна, если бы Мэйфилд и его друзья жили в другое время. Советую послушать песню “The other side of town”.
Причина, по которой хардкор и панк заинтересовали меня, была в том, что основная часть той сцены была абсолютно прямолинейна, там не было пиздаболов, люди абсолютно честно выражали свое отношение к определенным сферам жизни и не боялись этого. Музыка была и остается способом сказать о своем несогласии с действующим порядком вещей. И я говорю о музыке, у которой есть причины для агрессии, а не та, что играет как пустая, шумная, надоедливая игрушка.
catchingupmyself:Расскажи немного о местной сцене, откуда ты.
Rik Peeters:В Бельгии никогда не было большой андерграунд сцены. Не знаю почему, но все группы, в которых я участвовал, больше ценились в Германии, Франции и США. Когда какие-нибудь стоящие хардкор/панк группы уезжала в тур, они часто проезжали мимо Бельгии. У Am I Dead Yet! проблем с фанатами не было, но Millions of Them здесь не популярны. На наш концерт В РОДНОМ ГОРОДЕ в прошлом месяце пришло всего 5 человек! С нами хотят работать только американские и немецкие команды, немецкие лейблы готовы издавать нас, организовывать туры и т.д. У нас есть много хардкор команд, которые достаточно популярны внутри страны, но они редко куда-либо выезжают, потому что не являются частью уже налаженной DIY-системы сотрудничества (React with Protest, Crucificados, Per Koro, Stonehenge, Adagio830). Мне нравятся Sunpower, King Terror, Reno and Allocation. Мы все из Антверпена, самого большого города в датской части Бельгии, и здесь всегда есть, что делать. Почти каждый день здесь проходят различные выставки, концерты, представления, показы и при этом по хорошей цене. Мне нравится здесь, хотя я бы хотел когда-нибудь переехать во Францию…
catchingupmyself:Что значит быть человеком в современном мире? Музыка помогает тебе по жизни? И как по-твоему она может изменить человеческую жизнь?
Rik Peeters:Быть человеком западного мира в 2012-ом, значит быть рабочей пчелкой в системе, которая хочет, чтобы ты был достаточно умен, чтобы делать элементарную бумажную работу и работать с машиной, но и достаточно тупым, чтобы работать усерднее за меньшие деньги. Значит быть мамами и папами, как того от тебя ждут. Значит любить, как все. Если музыка – это средство, то она может расширить твой кругозор и заставить вылезти из своей коробки, поможет изменить жизнь. Но это сложнее, чем кажется, когда роскошь и благополучие продаются на каждом ходу, когда единственный способ заполучить их – плясать под дудку каждый день с 9 до 5. Нам нужно что-то изменить в своем привычном складе ума, и уже есть люди, которым порядком надоела это заведенная работа, но их мало. Я в поиске единомышленников. Музыка, которую они слушают, книги, которые читают, кино, которое смотрят, места, которые посещают, - все это дает мне надежду.
catchingupmyself:Как, по-твоему, не потерять уверенности в себе сегодня? Люди находят тысячи причин говорить о страшных, пугающих вещах, происходящих в мире, но мало кто осмелится сказать, что происходит в душе каждого из нас. Есть много песен, текстов о жестокости, проблемах личности, быстротечности жизни и больших неудачах, но никто не предлагает решения этих проблем. Возможно, не сейчас, но все-таки мы сможем оставить общество, где нет ярлыков, именований, модных лейблов, для следующих поколений. Где наша страсть, призыв к революции?
Rik Peeters:То, что может изменить нашу жизнь, находится прямо у нас под носом. И нет такого гения, который бы дал нам все то, чего мы заслуживаем! Любая критика в песнях какой-либо панк/хардкор команды – это отрицание той действительности, в которой он/она существует, и это «человеческая действительность». Любая такая действительность, созданная человеком, обречена на провал. Коммунизм в вашей стране распался, потому что был утопичен, капитализм распадется, потому что утопичен. То, как мы строим наше общество (школы, политика, обычаи, правила, законы), - все утопично.
Я никогда не буду уверен в человеке, который живет согласно идеологии капитализма или любой другой утопической идеологии. Избавление от нее невозможно за одно поколение, но это НЕОБХОДИМО, если мы хотим выжить, как вид. Вот почему мы должны создавать группы и кричать о том, что все идет не так! Но в тоже время, ты должен научиться сосуществовать с телом, душой и окружающей средой, которые были тебе даны.
